02.09.2020 Александр Сологуб

Юридический адрес — проблема при регистрации по домашнему адресу

Война налоговиков с юридическими адресами выходит на новый уровень. Она велась уже давно, перевес был то на стороне контролирующих органов, то на стороне предпринимателей, но теперь ФНС нанесла сокрушительный фланговый удар. Во имя законности и порядка. Вот только потери будут скорее не у недобросовестных бизнесменов, а среди тех, кто организовывает небольшие предприятия в новую цифровую эпоху.

Юридический адрес — формальность, или необходимость?

Само понятие «юридического адреса» характерно для наших реалий, у иностранных партнеров оно вызывает некоторое недоумение. Зачем нужен какой-то непонятный адрес, если есть место предприятия, его понятное расположение и контакты? Но так уж повелось: социальная мобильность всегда была слабым местом в нашей стране, и такое же отношение регистраторы, а позднее и налоговики перенесли на создаваемые юридические лица. «Вы будете находиться здесь, и точка!» Сами бизнесмены тоже зачастую стремились указать некое абстрактное местоположение, учитывая, что фирма может переехать, а вот смена адреса вызывает массу проблем: от смены учредительных документов до внеплановой налоговой проверки.

Но жизнь не стоит на месте, развитие новых секторов экономики породило новые виды бизнеса, в первую очередь такие, в которых не имеет значение привязка организации к производственным или офисным помещениям. Предоставление онлайн-сервисов зачастую не требует больших штатов и огромных площадей с ксероксом в человеческий рост и помещением для хранения тонны канцелярской бумаги. Пандемия выявила и возможности по удаленной работе, «зуумизация» бизнеса во многих случаях прошла успешно и даже позволила сократить расходы. «Электронное правительство» посредством портала «Госуслуги» вроде бы тоже обозначило декларируемую правительством цель – все в онлайн!

И тут – мощное наступление ФНС…

Адреса массовой регистрации юридических лиц

В качестве артподготовки чиновники прошлись по массовым в их понимании адресам регистраций юридических лиц. Если раньше под гребенку попадали по большей части полузаброшенные здания, гордо именуемые «бизнес-центрами», в которые и заходить страшно, но успешно приютившие сотни сомнительных организаций, чьи учредители порой даже не ведали, что носят громкое имя бизнесменов, то в этом году удар пришелся по вполне приличным адресам. Своеобразные «коворкинги», где учредитель фирмы или ее директор мог бы в том числе принять посетителя, где организован прием корреспонденции, а каждому юрлицу выделяется отдельное рабочее место – все это попало в прицел, и налоговики не преминули нажать на гашетку. Выход инспектора на место: нет директора в указанном помещении – расстрел юридического лица, пленных не берем.

Предоставляющие адреса фирмы отреагировали моментально – резким повышением цен. Если еще в начале 2019 года аренда «рабочего места» на 11 месяцев в Москве обходилась в среднем в 10 000 рублей, то сейчас разговор начинается от 35-40 тысяч руб., а если директор имеет регистрацию в другом субъекте, то цена повышается еще на 20% минимум, что в логику не укладывается совершенно. Арендодатели лишь пожимают плечами, намекая на определенные сложности в регистрирующих инспекциях, которые приходится «решать». О том, что это никак не соотносится с законом, говорить не принято. Тот случай, когда московская прописка снова становится желанной и дарующей привилегии.

Регистрация ООО по домашнему адресу

Второй набег налоговиков на создаваемые юрлица пришелся на личные квартиры будущих бизнесменов. Нет, сложности были и до этого, но сегодня отказы в регистрации организаций по домашнему адресу стали массовыми и не укладывающимися ни в логику, ни в законность. Первыми в набат забили в Петербурге.

ФНС всегда с подозрением относилась к «домашним ООО». Оно и понятно: контролировать их сложнее, так как право инспектора на посещение организации не слишком коррелирует с принципом неприкосновенности жилища. Эта дилемма относится к неразрешимым, так как статья 25 Конституции, как и все ее положения, имеет непосредственное действие и решением начальника инспекции отменена быть не может. Поначалу регистрирующие органы пытались препятствовать «домашним» юрадресам, ссылаясь на положения статьи 288 Гражданского кодекса, указывая, что размещение собственником в принадлежащем ему жилом помещении предприятий, учреждений, организаций допускается только после перевода его в нежилое. Но суды налоговиков одернули.

Контраргумент был из того же ГК: статья 54 четко оговаривает, что место нахождение юридического лица – это, грубо говоря, помещение, где сидит генеральный директор. С местом производства или непосредственно рабочего процесса может не совпадать. Статья 17 Жилищного кодекса также дает право собственнику жилого помещения или лицам, проживающим в данном помещении на законных основаниях, заниматься профессиональной или индивидуальной предпринимательской деятельностью, если таковая не нарушает права и законные интересы иных граждан, а также требования, которым должно отвечать жилое помещение.

Практика

Так при рассмотрении дела № А40-145066/12-193-1403 суды трех инстанций указали налоговой инспекции на недопустимость отказа в государственной регистрации общества с ограниченной ответственностью только на основании того, что адресом местонахождения организации была указана квартира директора. Более того, в судебных актах особо отмечено, что инспекция не имеет права и требовать документы сверх перечня, оговоренного в законе, который является закрытым и расширенному толкованию не подлежит. То есть чиновники не имели права отказывать в регистрации даже при непредоставлении документов о собственности на жилое помещение!

Комментарий

В самом деле, статья 13 ФЗ №129-ФЗ не содержит требований о предоставлении документов, подтверждающих право пользования помещением, указанного в качестве адреса. Законодатель очевидно имел в виду, что договор, например, аренды не может быть заключен с лицом, правоспособность которого до момента внесения сведений о нем в ЕГРЮЛ является нулевой. В то время как статья 17 того же закона предусматривает предоставление таких сведений, но с нюансами, о которых поговорим далее.

На какое-то время налоговики затаились. Но, как выяснилось, они готовили свой ход. И в 2020 году рвануло.

Слезная запись в одном из сообществ на Facebook описывала ситуацию: девушка решила создать ООО для ведения деятельности, связанной с кинобизнесом. Никакого производства или офисной жизни – два участника, намеревающиеся использовать свой опыт и знания для оказания услуг для кинокомпаний, активная деятельность только «в полях» – на территории заказчика. Офис как таковой им был не нужен, расходы на него съели бы львиную долю прибыли. В качестве адреса была указана квартира одного из учредителей, он же был назначен директором. Квартира в собственности, причем стопроцентной. Но… из налоговой приходит отказ в связи… с отсутствием согласия на регистрацию юридического лица по данному адресу от эксплуатирующей дом организации! И такие ситуации начали происходить массово.

В данном случае учредитель не поленилась дойти до ООО «Жилкомсервис №1 Петроградского района», фактически монополизировавшего эксплуатацию ЖКХ. И там выяснилась удивительная вещь.

Самим представителям Жилкомсервиса, в общем-то, все равно, что и как регистрируется в квартирах подотчетных домов, если только нет нарушений использования жилых квартир, соседи не жалуются, сети не загибаются от непомерно возросших нагрузок, а коммунальные платежи оплачиваются вовремя и в должном размере. Но вдруг от ИФНС №15, ответственной в Санкт-Петербурге за регистрацию юридических лиц, приходит письмо с просьбой… написать письмо! В котором коммунальщики, якобы, просят инспекцию не регистрировать фирмы по домашним адресам без их на то согласия. Жилкомсервис, условно пожав плечами, согласился, но больше касаться этого вопроса желания не имеет и тратить время на предоставление согласий не намерен.

Такие же письма получили все коммунальщики Санкт-Петербурга, а также товарищества собственников жилья, ответившие с готовностью. Законность такой просьбы налоговой как минимум сомнительна, а отказы на основании отсутствия согласия незаконны в принципе. Почему право на ведение предпринимательской деятельности вдруг стало зависеть от воли сотрудника коммунального хозяйства, никто внятно объяснить не может, ссылки на обеспечение интересов других жильцов никак не соотносятся с законодательством.

Получается, что с одной стороны государство призывает граждан участвовать в предпринимательской деятельности, принимает программы для развития малого бизнеса, но с другой – фактически блокирует возможность даже открытия фирмы, вынуждая рискнувших заняться своим небольшим делом людей оплачивать арендную плату за ненужные им офисы!

Очевидно, что необходима однозначная судебная практика по таким отказам, которая бы прекратила вольное толкование налоговиками норм закона. И желательно на уровне Верховного Суда, потому что, как показывают иные казусы, суды разных округов могут выдавать диаметрально противоположные по смыслу акты.

Так получилось с толкованием норм статьи 17 закона о регистрации, касающейся адреса нахождения организации. В пункте 6 этой статьи указано, что при смене адреса подтверждение права на новое помещение предоставлять нужно, хотя для руководителя, владеющего не менее чем 50% долей в ООО такое подтверждение не обязательно. Но налоговая систематически отказывает во внесении изменений в реестр и этих случаях. Более того, требует наличие согласия иных собственников и проживающих в жилом помещении лиц, хотя, опять же, закон таких условий не ставит. Но вот АС Московского округа отказывает в признании решения об отказе во внесении изменений на основании отсутствия согласия иных собственников квартиры (дело № А41-82163/2019), а АС Поволжского округа ровно в тех же условиях – соглашается с подателем жалобы (дело № А12-/61318/2016). Причем оба суда ссылаются на Постановление Пленума ВАС №61 от 30 июля 2013 года, которое само по себе внесло сумятицу в понимание правильности применения закона. Суды крайне вольно толкуют положения пункта 4 этого Пленума, где сказано, что регистрация по адресу жилого объекта допустима, если его собственник дал на то согласие, но согласие предполагается, если помещение является местом жительства участника ООО или его руководителя. При том что такое указание противоречит пункту 2 того же Постановления, содержащего закрытый перечень для отказов (в частности – если имеется заявление собственника о том, что он не разрешает регистрировать юрлица по адресу его жилого помещения), нижестоящие суды периодически рассматривают это положение как необходимость в любом случае запрашивать согласие сособственников. Логика не прослеживается.

Уверены, что в ближайшее время начнутся судебные дела по «коммунальным» отказам. Государству тоже стоило бы обозначить свою позицию и решить для себя – что такое бизнес: подвиг и преодоление препятствий с самого начала или все же основа новой экономики и локомотив структурных изменений.